Моя пылкая любовница - Страница 25


К оглавлению

25

Рейф приподнял Джулианну так, что она спиной сноваприжалась к его груди, опустил руки вниз, сжав еебедра, и начал вонзаться в нее в безудержном ритме, все снова и снова, и сила его толчков вновь распалила ее желание.

Рейф коротко вскрикнул, опередив Джулианну буквально на несколько секунд. Выдохшиеся, они, дрожа, обмякли на кресле, переплетясь ногами.

Чуть позже он повернул голову и нашел ее губы, целуя медленно, сладко и сонно.

— Пойдем в постель, — пробормотал он. Джулианна кивнула, но никто из них не шелохнулся.

Немного поерзав, она свернулась в клубок у него на коленях, положив руку Рейфу на грудь. Кожа его была влажной от пота.

— Ну, а теперь скажи, — пробормотала Джулианна, — какой цвет самый любимый у тебя?

Глаза его расширились, губы растянулись в улыбке. Откинув назад голову, Рейф громко расхохотался.


Глава 8


Джулианна сделала глоток пунша, наморщила нос и отставила бокал. Отвратительно, подумала она, жалея, что нет ничего, чем можно запить чересчур сладкое послевкусие. Но увы, это жалкое подобие напитка было лучшим, что могли предложить в «Олмаке». Точнее, предлагали, потому что у патронесс — главных управительниц светского общества — вполне хватало средств на куда более изысканные напитки. Им стоило только захотеть.

Если бы не Мэрис и официальное открытие сезона, Джулианна сейчас развлекалась бы в каком-нибудь другом месте. Но для успеха сестры было важно получать рекомендации и посещать еженедельные балы в клубе.

Поэтому Джулианна и стояла тут, морщась над бокалом плохого пунша и глядя, как Мэрис танцует кадриль. Во всяком случае, сестра получает удовольствие.

«Я бы тоже не отказалась потанцевать». Джулианна вздохнула.

«Вот бы тут оказался Рейф и развлек меня», — улыбнувшись в душе, подумала она. Хотя вообще то его способы доставлять ей удовольствие совсем не годились для бала. При воспоминании об их последней встрече кожа ее запылала, а во рту пересохло. Она предвкушала следующую уже через день.

За месяц, их связи Джулианна поняла, что буквально одержима этим мужчиной. Когда они расставались, она не могла прогнать его из своих мыслей.

Он вторгался даже в ее сны. Она, покрываясь потом, изнемогая от желания, металась по постели, отбрасывая в сторону простыни. А потом просыпалась, томясь по его телу, мечтая увидеть его рядом с собой, чтобы он обнимал ее своими сильными руками, предлагая утешение и покой.

«А он в самом деле предлагает мне утешение?» Джулианна заставила себя прекратить об этом думать.

И очень хорошо сделала. Танец как раз закончился, и партнер Мэрис уже вел сестру к ней, как того требовали правила приличия. Обменявшись любезностями, джентльмен, с которым танцевала Мэрис, поклонился и отошел.

— Слава небесам, что ему приходится общаться и с другими дамами, — прошептала Мэрис, когда молодой человек отошел достаточно далеко и уже не мог услышать. — Я боялась, что он сейчас начнет пускать надо мной слюни, как один из мастиффов сквайра Ньюингтона. Пока мы танцевали, он не отводил глаз от моей груди.

Джулианна нахмурилась:

— В таком случае я рада, что он не стал около нас задерживаться. Когда он пригласит тебя на танец в следующий раз, придумай какой-нибудь предлог для отказа.

— О, не волнуйся, я так и сделаю!

— Ну, если не считать этого, истекающего слюной, ты хорошо проводишь время?

Темные глаза Мэрис радостно загорелись.

— За исключением мелочей, вечер просто превосходен. Лучше был только мой дебют при дворе на прошлой неделе.

Да, бал прошел хорошо, подумала Джулианна. По правде сказать, просто великолепно. Присутствовали все сливки общества, включая принца Уэльского, который редко показывался на таких вечерах. Джентльмены уже наносили визиты в Аллертон-Хаус, присылали роскошные букеты и умоляли Мэрис прогуляться или покататься с ними. Джулианна не сомневалась — когда придет время, сестра не будет страдать от отсутствия брачных предложений, и молилась только об одном — чтобы среди питающих надежды нашелся достойный мужчина.

Интересно, а что бы подумал о сегодняшнем вечере Рейф? Скорее всего счел бы всех присутствующих ужасными снобами. И как ни прискорбно, был бы прав, поняла вдруг Джулианна.

Искушенный и обходительный, Рейф сумел бы сохранить достоинство в любом обществе. И все-таки был изгоем — только из-за обстоятельств своего рождения. Прежде Джулианне даже в голову не приходило сетовать на классовое неравенство и социальную несправедливость, но раньше она и не знала никого, похожего на Рейфа.

По спине пробежала дрожь, и Джулианна снова пожалела, что его нет рядом. Как великолепно он бы смотрелся в бальном зале, прижимая ее и кружа под звуки вальса! На них смотрела бы каждая женщина в зале с тоской и завистью во взоре! А потом, в карете по дороге домой, он бы впивался ей в губы неистовыми поцелуями, возбудил бы ее до лихорадочного состояния, до того, что у нее в голове не осталось бы ни одной связной мысли.

— Джулс, тебе жарко? Хочешь пунша?

Своим вопросом сестра вернула Джулианну в настоящее, и она почувствовала, что щеки ее пылают.

Но прежде чем она успела прийти в себя, к ним с Мэрис подошел очередной джентльмен, БертонСент-Джордж, элегантный и изысканный, в черном сюртуке и бриджах. Белая рубашка и галстук выглядели безукоризненно.

— Добрый вечер, — поздоровался виконт, отвесив изящный поклон.

Они с Мэрис впервые встретились с ним после того вечера в театре. Джулианна вздрогнула, но тут же сказала себе, что это просто остатки смущения после недавних неприличных размышлений.

25